Ах, эта белая сирень…

Прошли годы. Река жизни носила Машу по непростому руслу бытия. Теперь она уже старая женщина, но трепетное чувство к Ринату всё ещё живо в её сердце, а на протяжении всей жизни, время от времени, казалось бы, забытое, глубоко спрятанное в душе, оно часто неожиданно всплывает на поверхность, врывается в настоящее и повергает душу в смятение. Своеобразным подарком от Кого-то Доброго и Великодушного в памяти Маши возникает душистая ветка сирени — вся в белом цвету, — и на Машу вдруг веет необыкновенно приятным запахом великолепных духов, и ей становится жаль, что сложившиеся обстоятельства не дали ей и Ринату возможности принадлежать друг другу. «Считают, что от красивой большой любви родятся красивые, гениальные дети, — говорит она себе, и у неё начинает болеть сердце. — Не расстраивайся, Машка, — думает она, уже успокаиваясь, — ты гораздо счастливей многих других. Твоё сердце явило, быть может, истинную любовь. Огонь от неё ещё до сих пор в горячих углях на дне твоей души, хотя и припорошенный толстым слоем пепла. А многие другие могли лишь исторгнуть из себя ядовитую колючку или жало змеи…» — И у нее становится легче на душе. Ах, эта белая сирень…